ГлавнаяЗалыПедагогиРасписаниеСтудияТеатрО танце животаФорум

ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ ГАРЕМА
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Театр - студия "Семирамида" -> Интеллектуальная энциклопедия
 
Автор Сообщение
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 46    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Гадания

Гадания в гаремах широко практиковались всевозможные гадания и ворожба. Весьма популярным было гадание на песке. Для этого золотые или обычные дощечки покрывали песком и чертили по ним каламом (пером). По особым линиям и знакам предсказывали будущее, ждущее даму счастье или беду, рождение детей, козни соперниц и т. д.
В сказках Шехерезады это описано так: «И проклятый изменил свое имя (а он повязал белый тюрбан) и сказал: «О царь, мое имя Али, а по ремеслу я ткач, и пришел я в этот город для торговли» «Подайте мне дощечку с песком и медный калам!» - сказала Зумурруд. И ей тотчас же принесли то, что она потребовала, и она взяла дощечку с песком и калам и стала гадать на песке, и начертила каламом изображение, похожее на изображение обезьяны, и после этого она подняла голову и некоторое время всматривалась в Барсума и сказала ему: «О собака, как ты это лжешь царям!..» В ходу были и гадание на бараньей лопатке, и гадания по руке. Искусством хиромантии владели кальфы, употреблявшие свои способности с немалой для себя выгодой.
Толковательницы снов тоже не оставались без дела. Они умели так истолковать любой сон, плохой или хороший, что клиентки пребывали в постоянном ожидании счастья и не скупились на подарки. В Китае гадали по «Книге перемен», которая говорила не только о том, что будет, но и о том, что было и происходит в данное время.
Гадание в китайском гареме описано в романе «Цветы сливы в золотой вазе ... »:
«Юэ-нян велела слуге проводить ее во двор. Гадалка остановилась у внутренних ворот, положила расчерченный на секторы бумажный круг с помещенной в каждом секторе картинкой и достала чудотворную черепаху.
- Погадай нам, - попросили женщины.
Гадалка опустилась на колени, отвесила четыре земных поклона и подбросила черепаху. Та перевернулась и упала, застыв на месте. Женщина взглянула на одну из картинок ... На ней была изображена женщина в обществе троих мужчин: купца в маленькой шапочке, чиновника в красном одеянии и ученого. Была здесь и сокровищница, охраняемая слугами. - Бы, госпожа, родились в год цзя-цзы, - сказала гадалка. - Башу судьбу омрачают три пытки и шесть бедствий. Их можно миновать, лишь переборов супруга. Бы нежны и приветливы, у вас добрая душа, но своей добротой вам не удается завоевать сердец. Всю жизнь вам приходится страдать из-за других, вы жертва злых наветов ... После Юй-лоу гадалка погадала Пин-эр и ушла, получив от каждой женщины награду».
_________________
Студия восточного танца «Семирамида»
обучение танцу живота
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 46    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Астрологи

Астрология, хотя и порицается исламом, была очень популярна в сералях. К услугам астрологов прибегали как сами султаны, так и обитательницы их гаремов. Один из героев «Тысячи и одной ночи» рекомендовал себя как человека «сведущего в белой магии, в грамматике, синтаксисе, риторике, красноречии, логике, астрономии, геометрии, правоведении, преданиях и толкованиях Корана». Он был цирюльником-звездочетом, а заодно и лекарем:
« В восхождении в сегодняшний день, согласно правилам науки счисления, Марс, и случилось так, что ему противостоит Меркурий, а это указывает на то, что брить сейчас волосы хорошо.
... И я взял астролябию, и определил ему высоту, и нашел, что положение звезд для него неблагоприятно и что пустить кровь при этом тяжело, и осведомил его об этом; и он последовал моим словам и подождал».
В другой сказке Шехерезады говорится: «И тогда царь призвал звездочетов и всех толкователей снов, которые были в его царстве, и они все явились пред лицо его, и царь рассказал им свой сон и сказал: «я хочу от вас, чтобы вы мне сообщили правдивое толкование сна».
По движению небесных светил астрологи не только толковали сны, но и предсказывали все, что невозможно было предсказать иным способом, включая ночи, к которым нужно было особенно готовиться, ибо ожидалось особое расположение владыки. Ни один выезд валиде-султан или жен из сераля не совершался без того, чтобы астролог не назвал для этого благоприятный час.
Звездочеты определяли дни, часы и даже минуты, когда следовало что-то начать или воздержаться от этого. Западный оккультизм также со временем проложил себе дорогу в гаремы, которые стали напоминать парижские салоны, в которых вещали духи и вертелись столы.


Последний раз редактировалось: Семирамида (Чт Май 26, 2011 00 25), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 49    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

ЖЕНИТЬБЫ

Как мы уже писали, не все султаны считали необходимым официально связывать себя брачными узами. В конце концов, даже признанные четыре любимые жены султана, как правило, были его бывшими рабынями и полной собственностью. Вместе с тем рабское происхождение не было в Турции чем-то презираемым. Рабство так вросло в турецкую жизнь, что женитьбы на рабынях стали самым обычным делом. К тому же многие рабыни были более благородного происхождения, чем их мужья-турки. Со временем дети бывших рабынь становились вельможами, министрами, военачальниками и даже султанами, и излишнее любопытство по поводу происхождения знатных господ считал ось уже неуместным. Женитьба на рабыне освобождала новоиспеченного мужа от множества неудобств и ограничений, связанных с женитьбами на свободных турчанках, учитывая их родственные отношения, куда меньшую, чем у рабынь, покладистость, охраняемые законом права и Т.д.
По закону женились в основном турки среднего класса и некоторые сановники. подвигнуть же падишахов на заключение брака по всем религиозным и светским правилам могли лишь чрезвычайные обстоятельства.

Роксолана

Сулейман 1 Кануни (Сулейман Законодатель или Великолепный), в правление которого (1520-1566) империя достигла невиданного расцвета и вершины могущества, прославился еще и своей женой, прекрасной Роксоланой из украинского городка Рогатин. Захваченная во время набега крымскими татарами, она была продана на невольничьем рынке, после чего попала в султанский гарем.
В серале она сделала головокружительную карьеру - от одалиски до любимой жены султана, с которой он заключил официальный брак возвышение Роксоланы было сколь быстрым, столь и удивительным. То, что она вышла победительницей из этих смертельно опасных перипетий, говорило не только о ее красоте, но и о сильном характере. При ней гарем перебрался в султанский дворец и стал влиятельным государственным учреждением. Преуспела она и в коварных интригах, одолев ревнивых соперниц и их кланы. Она даже сумела сделать наследником престола одного из своих сыновей, хотя принцев хватало и без него.
И даже после смерти Роксолана удостоилась особой чести - ее похоронили рядом с супругом. Причины, побуждавшие правителей не жениться на знатных и свободных девушках, а отдавать предпочтение рабыням, отчасти раскрывает Жан Расин в своей трагедии «Баязид»:
Продолжу: В Турцию ворвался Тамерлан,
Был под Ангорою разгромлен ваш султан,
С женою вместе в плен попал он после боя,
И сделалась она презренною рабою.
Султаны с той поры вступают редко в брак,
Дабы над честью их не надругался враг.
Но истинной любви законы эти чужды.
Примеры приводить, пожалуй, нет нужды.
И все ж ответствуй мне: из ваших всех владык
Кто более могуч и более велик,
Чем Сулейман? И сей завоеватель гордый,
Который столько лет со славой правил Портой,
Рабыню полюбил, на ней женился он,
И Роксолана с ним с тех пор делила трон.

Виды браков

Некоторые источники утверждают (правда, другие в этом сомневаются), что кузина жены Наполеона Жозефины - Эмми де Ривери была захвачена на Средиземном море пиратами и продана на невольничье рынке в Алжире. Она попала в гарем правителя Алжира, который решил подарить красавицу султану Абдул-Хамиду1 Француженка очень понравилась султану, родила ему сына Махмуда и стала одной из его четырех жен. Султан уважал ее за ум и образованность. После смерти Абдул-Хамида новый султан Селим III оставил ее при дворе.
Селим III продолжил начатые отцом реформы в армии, финансах, землепользовании и административном управлении. Но в 1807 году в ходе резни, учиненной взбунтовавшимися янычарами, султан был свергнут с престола и позже убит. В 1808 году на престол взошел сын француженки - султан Махмуд 11, который правил более тридцати лет, уничтожил янычарский корпус и провел ряд важных реформ. у султана Абдул-Меджида (правил с 1839по 1861 год) уже было четыре жены, когда он произвел маленькую гаремную революцию, взяв себе еще одну «любимую». Но и этим увлекающийся монарх не ограничился. Влюбившись в удочеренную египетской княгиней рабыню Бессиме, он дал понять, что хотел бы видеть ее в своем гареме. Однако княгиня, желавшая девушке более счастливой судьбы, чем участь одной из бесчисленных гаремных наложниц, решил ась деликатно отказать падишаху. Тогда ослепленный страстью Абдул-Меджид сделал официальное брачное предложение как обычный турецкий подданный. Событие это было неслыханное, и княгиня не смогла ничего возразить. Вскоре были присланы великолепные подарки невесте и ее мачехе. А торжества по случаю обручения и свадьбы султана продолжались несколько недель по всей стране. Однако новоявленная султанша позже развернула такую бурную деятельность, что султану пришлось горько пожалеть о том, что он уступил своим чувствам.
Известны и другие, весьма оригинальные, способы заключения брака. К примеру, в Египте если иностранец-христианин желал жениться на рабыне-мусульманке, но не мог этого сделать, так как мусульманкам запрещен брак с иноверцами, то разрешить это противоречие брались специальные «фиктивные» мужья. Они формально женились на девушках, получали свой гонорар и исчезали, предоставив заказчику пользоваться плодами своих «трудов».
Во временные «паломнические браки» вступали одинокие женщины, желавшие совершить хадж, но не имевшие права отправляться в святые места без мужа или ближайшего родственника мужского пола. Капитаны кораблей, перевозчики и погонщики верблюжьих караванов прибывали на место с приобретенными по пути гаремами. После паломничества мужья разводились со своими женами, получая солидные «отступные ». Кроме тех, разумеется, кто успевал проникнуться к новым супругам нежными чувствами и развода уже не желал.

Свахи

«Чтобы вступить в брак, турок пользуется услугами свахи - профессия, весьма почитаемая в Константинополе, - писал Теофиль Готье. - Сваха посещает бани и описывает ему со всеми подробностями девственных красавиц - Асме, Рутин, Нурмагаль, Пембе-Гаре, лейлу или Михримах, - не забывая украсить цветистыми восточными метафорами портрет девушки, которой она покровительствует. Эфенди влюбляется в портрет, усыпает гиацинтами улицу, где проходит задрапированный кумир его сердца, и, обменявшись с будущей невестой несколькими взглядами, просит у отца ее руки. Определив выкуп соразмерно своей страсти и доходам, он ведет жену в брачные покои и только здесь впервые видит, как падает ненавистный яшмак, скрывающий обыкновенно черты чистые и правильные. Такие браки чреваты ошибками и разочарованиями ничуть не в большей степени, чем наши».
Свахи работали и «на заказ». Учитывая прихоти богатого клиента, свахи производили разведку всюду, где могла найтись подходящая невеста. Если таковая не обнаруживалась, сваха принималась убеждать заказчика в том, что образ, нарисованный его воображением, совсем не то, что ему действительно нужно. И стоит ему лишь взглянуть на ту прелестную особу, которую ему рекомендует сваха, как прежний образ потускнеет и уступит место более привлекательному, да еще с богатым приданым. Как правило, дело устраивалось к взаимному удовольствию и наступал новый этап на пути к заветной цели.


Последний раз редактировалось: Семирамида (Чт Май 26, 2011 00 24), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 51    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Сватовство

Просить руки избранницы жених отправлял делегацию, снабдив послов дорогими подарками для невесты и ее родителей. Наличие у жениха других жен никого особенно не смущало, потому что в доме, куда посылалась делегация, как правило, был свой гарем. Делегация обычно состояла из ближайших родственников - доверенных представителей жениха и свидетелей. Их задача состояла в том, чтобы заручиться согласием невесты и заключить с ее родителями брачный контракт (сговор).
Хотя некоторые авторы и пишут, что у мусульман согласие невесты вещь необязательная, на самом деле - это главное условие, делающее брак законным. Совершеннолетней девушке даже согласие родителей, в строгом юридическом смысле, не требуется, но собственное согласие она должна высказать четко и при свидетелях.
Договор, часто от имени отца невесты, заключал имам или мулла. Стороны уславливались о калыме (свадебном даре) и других материальных сторонах брачного союза.
«На мусульманские калымы европейцы вообще смотрят чрезвычайно ошибочно, - писал этнограф п. Ипполитов. - Их обыкновенно считают платою, даваемой женихом отцу или родственникам девушки за саму невесту, как за какую-нибудь вещь. Между тем это мнение не верно. Калым есть приданое, даваемое невесте самим же женихом: он составляет обеспечение всей ее будущей жизни и есть исключительно ее собственность».
Затем мулла объявлял, что такой-то, сын такого-то, желает взять в жены такую-то, дочь такого-то. Когда невеста из-за занавеса или ширмы трижды отвечала «да» на вопрос, желает ли она стать женой этого человека, мулла официально скреплял союз, читал молитву и делал в особой книге соответствующую запись, которая удостоверял ась обеими сторонами. Обряд венчания на этом заканчивался, а брачный союз обретал законную силу. Далее все происходило по обычному сценарию: невеста блистала красотой и драгоценностями, жених роскошно обустраивал ей отдельную квартиру или целый дом, а родители невесты отправляли туда ее приданое.

Посылка приданого

Посылка приданого превращалась в торжественный и красочный ритуал. Вереници украшенных лентами и колокольчиками верблюдов везли мебель, посуду и прочие домашние принадлежности. Рабы и слуги несли всевозможные дорогие вещи, а толпы любопытствующих могли оценить богатство невесты. Шествие сопровождалось музыкой и песнями. Все, кто имел отношение к церемонии, получали подарки, а зрителей осыпали мелкими монетами и конфетами. Подобный ритуал описан в «Тысяче и одной ночи»:
«И затем он приказал шейх-аль-исламу написать брачную запись, и тот написал запись царевны с купцом Маруфом, и царь принялся устраивать свадьбу.
Он приказал украсить город, и забили в барабаны, и поставили кушанья всевозможных родов, и пришли забавники. А купец Маруф сидел на скамеечке в брачном зале, и к нему приходили забавники, фокусники и плясуны, и мастера диковинных движений и удивительных развлечений, - и он приказывал казначею и говорил: «Принеси золото и серебро!» И тот приносил золото и серебро, и Маруф обходил смотрящих, подавал каждому, кто играл, горсть, и он благодетельствовал беднякам и нищим и одевал голых, и была эта свадьба шумная».


Последний раз редактировалось: Семирамида (Чт Май 26, 2011 00 25), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 51    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Трон невесты

Турецкий свадебный обряд имел много общего с подобными обрядами у других народов, но были у него и свои любопытные особенности. Для невесты готовили богато украшенный трон (аски), на который ее усаживал прибывший с друзьями жених. После этого жених на время откланивался, предоставляя женщинам восторгаться красотой невесты, роскошью ее нарядов и сокровищами из приданого. Трон невесты помещался под богато декорированным балдахином, который украшался золотыми звездами, жемчужными нитями и гирляндами ярких цветов. После свадьбы трон вместе с балдахином исчезал из дома невесты навсегда.
Еще одной особенностью турецких свадеб была выставка приданого в комнате невесты, которую охотно посещали все женщины, независимо от того, были ли они приглашены на свадьбу или нет. «Эта экспозиция, - писала Мелек-ханум, - состояла из туалетного столика, массивного серебряного обеденного сервиза, вышитого золотом белья, зеркал, обуви, украшенных бриллиантами и другими драгоценностями кубков и часов, дорогих тканей и т. д. Во избежание соблазнов, сокровища невесты были отгорожены позолоченной решеткой .... На каждую свадьбу множество женщин стекается от всех сторон, чтобы полюбоваться волнующим зрелищем. Есть женщины, которые просто помешаны на свадьбах. ...Приглашены они или нет, они одеваются и бегут прямо в дом невесты, делают различные замечания касательно новобрачной, критикуют ее туалет и приданое, едят плов и другие сладости, и затем возвращаются домой, чтобы рассказать соседкам все, что они видели».
Еще один свадебный ритуал заключался в том, что вечером накануне свадьбы в гареме устраивался прием для подруг невесты. Это называлось «Ночь хны», потому что все направлялись в баню, где главным действием было окрашивание хной ногтей, пальцев рук и ног невесты.
В день свадьбы невесту наряжают и приводят к отцу, который благословляет дочь и опоясывает ее драгоценным поясом - знаком предстоящего замужества, затем невеста направляется к матери, которая дополняет наряд невесты цветами и бриллиантами.


Последний раз редактировалось: Семирамида (Чт Май 26, 2011 00 25), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 52    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Шествие невесты к жениху

Эту красочную церемонию описала Мелек-ханум: «Когда солнце село, все дамы завернулись в свои белые плащи, которые составляют дополнение к их костюму и служат им покрывалом, оставляя открытыми лишь глаза. Невеста оделась точно так же; тогда все гости отправились провожать ее до дома жениха. Четыре из приглашенных подняли укрепленное на палках сиденье из красного сукна, устроенное вроде палатки, открытой спереди. Жених, стоя на пороге своего дома, приветствовал кортеж, бросая мелкую монету, а женщины при этом кричали: «Лу, лу, лу!», читали стихи в честь невесты и выражали разные добрые пожелания. Когда невеста и все женское общество вошли в дом, жених вышел из него. Невеста села на диван, и по мере того как гостьи входили, она вставала и целовала у них руку. Затем две старые невольницы сняли с нее покрывало и поднесли ей прохладительное питье».

Свадьба

Осман-бей живописал страсти, бурлившие вокруг свадеб:
«День свадьбы у турок то же, что огненный столб, который указывал путь евреям во время странствования их в пустыне. Те, которые шли впереди столба, оборачивались назад, чтобы любоваться, а шедшие позади смотрели прямо на него.
День свадьбы - это огненный столб, на который устремлены глаза всех турецких девушек, принадлежащих к подрастающему поколению, тогда как авангард старушек, престарелых девиц и всяких кумушек обращается к нему со взором, преисполненным самых сладостных воспоминаний ...
- Ах, если бы вы присутствовали на нашей свадьбе, - говаривали они, - то увидели бы то, чего никогда вам не видать!
- Моя свадьба наделала шуму по всему городу, -
говорит другая. - Все сбежались смотреть на меня! Эти восклицания сопровождались обыкновенно глубокими вздохами ...
- Нужно было видеть, как я была одета в этот день!
Я была причесана, завита и наряжена, как султанша! На голове моей была диадема, кушак был весь обшит бриллиантами, платье же мое было залито золотом!»
Свадебную церемонию вспоминала и Мелек-ханум:
«В восемь часов, после вечерних молитв, жених, прослушав свадебные молитвы, прочитанные в мечети, возвратился в свой дом в сопровождении многочисленного общества своих знакомых, несших зажженные факелы и поющих молитвы; имам взял жениха за плечи и втолкнул его в дом, после чего все выпили шербета и разошлись. Тогда жених пошел наверх и сел в кресло, а его невеста в сопровождении двух старых невольниц, несших зажженные подсвечники в руках, предстала пред лицом своего будущего мужа, и все три начали танцевать; время от времени они удалялись, чтобы переменить на молодой платье, и опять возвращались с нею и принимались за танцы. Таким образом продолжалось до тех пор, пока невеста не переодела всех платьев, находившихся в ее приданом. Когда эта церемония кончилась, муж взял жену за руку и повел в спальню». Но брачный ритуал на этом не заканчивался. Жених еще должен был выкупить право открыть лицо невесты. Она соглашалась не сразу, а когда жених наконец поднимал покрывало, то, восхитившись красотой своей избранницы, украшал ее головку драгоценной булавкой с бриллиантами.
На следующее утро счастливый муж отправлялся благодарить родителей невесты, которые дарили ему, как правило, хорошего коня и дорогую саблю.


Последний раз редактировалось: Семирамида (Чт Май 26, 2011 00 25), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 53    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Разводы

По шариату, чтобы развестись с женой, мужчине было достаточно заявить при свидетелях, что он ее «отпускает», И сказать: «Талак» (развод). При этом он мог не объяснять причины, побудившие его к расторжению брака. Если такое происходило по недоразумению, в порыве сиюминутного гнева или в результате гаремных интриг, закон оставлял раскаявшемуся мужу возможность возобновления супружеских отношений в течение трех месяцев. Если за это срок муж не возвращал жену в дом, брак считался окончательно расторгнутым и женщина могла выйти замуж за другого мужчину. Если мужчина сгоряча произносил формулу развода трижды, то ситуация становилось куда более сложной и вместе с тем весьма пикантной. Теперь мужчина мог жениться на своей бывшей жене только после сложных церемоний. Чтобы вернуться в дом первого мужа, она сначала должна была выйти замуж за другого и снова получить развод уже от второго супруга. На такие случаи всегда находились «временные» мужья или «заместители», для которых спасение чужого семейного счастья было доходным занятием.
Знаменитому Ала-ад-дину (Аладдину) из «Тысячи и одной ночи» довелось стать именно таким «временным » мужем: «О дитя мое, - молвил старик, - что ты скажешь, если я дам тебе тысячу динаров, и платье в тысячу динаров, и мула в тысячу динаров» «За что ты дашь мне это, о дядюшка?» - спросил Ала-ад-дин. И старик сказал: «Этот мальчик, который со мною, сын моего брата, и у его отца никого нет, кроме него, а у меня есть дочь, кроме которой у меня никого не было, и зовут ее Зубейда-лютнистка, и она красива и прелестна. Я выдал ее замуж за этого юношу, и он ее любит, но она ненавидит его, и однажды он не сдержал клятву, трижды поклявшись тройным разводом; и едва только его жена уверилась в этом, она покинула его. И он согнал ко мне всех людей, чтобы я вернул ему жену, и я сказал ему: это удастся только через заместителя. И мы сговорились, что сделаем заместителем какого-нибудь чужеземца, чтобы никто не корил моего зятя этим делом, и раз ты чужеземец - ступай с нами. Мы напишем тебе договор с моей дочерью, и ты проведешь с ней сегодняшнюю ночь, а наутро разведешься с ней, и я дам тебе то, о чем говорил» И Ала-ад-дин сказал про себя: «Клянусь Аллахом, провести ночь с невестой, в доме и на постели, мне лучше, чем ночевать в переулках и проходах!» - и отправился с ними к кади. И когда кади взглянул на Ала-ад-дина, любовь к нему запала ему в сердце, и он спросил отца девушки: «Что вы хотите?» - «Мы хотим сделать его заместителем этого юноши для моей дочери, - отвечал отец девушки, - и напишем на него обязательство дать в приданое десять тысяч динаров. И если он переночует с нею, а наутро разведется, мы дадим ему одежду в тысячу динаров, а если не разведется, пусть выкладывает десять тысяч динаров»
И написали договор с таким условием, и отец девушки получил в этом расписку, а затем он взял Ала-ад-дина с собою и одел его в ту одежду, и они пошли с ним и пришли к дому девушки. И отец ее оставил Ала-ад-дина стоять у ворот дома и, войдя к своей дочери, сказал ей: «Возьми обязательство о твоем приданом - я написал тебе договор с красивым юношей по имени Ала-ад-дин Абу-ш-Шамат; заботься же о нем наилучшим образом» И потом купец отдал ей расписку и ушел к себе домой».
В этой истории допущена серьезная неточность. В тексте упоминается, что бывший муж развелся с женой «трижды поклявшись тройным разводом». То есть «Талак» был произнесен девять раз. После этого возобновление супружества не допускается уже ни
при каких условиях. И не такой уж грех совершил Аладдин, который влюбился в Зубейду и отказался с ней разводиться, потому что она была уже полностью свободной женщиной.
При всей внешней простоте, развод по инициативе жены был большой редкостью, а по инициативе бывшей наложницы и вовсе немыслим, потому что не было как таковой и женитьбы. Свободнорожденная женщина имела право инициировать развод, если муж нарушал условия брачного договора, демонстративно обходил жену вниманием, явно дискриминировал относительно других жен, плохо обращался с детьми и т. п. Если муж не желал разводиться, женщина могла обратиться в суд. После развода она получала обратно все свое приданое, выкуп за невесту (калым), уплаченный при сватовстве, свадебные подарки и долю состояния бывшего супруга согласно брачному договору. А также содержание как бывшей жене на три месяца и детям ее - до совершеннолетия. Таким образом, развод оказывался делом весьма невыгодным как в социальном, так и в материальном отношении.
Разумеется, оставшиеся в гареме жены вовсе не желали делиться семейным имуществом, и дело доходило до скандальных судебных процессов. И здесь все зависело от ловкости адвокатов и связей тяжущихся сторон при дворе. Если семья была богатая, жена при разводе могла получить целое состояние, а у бедняков это могло быть свечой и скудной пищей на каждый день.


Последний раз редактировалось: Семирамида (Пт Янв 13, 2012 14 57), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 31, 2010 04 54    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Отставки

Гаремы жили своей обычной жизнь, в неге и роскоши, заслонявшей для непосвященных напряженную борьбу главных жен, кадин и фавориток. Но все это продолжалось до поры до времени. Султаны тоже смертны, и когда такая беда приключалась, их гаремы замирали в оцепенении - они теперь никому не были нужны.
Борьба за престол оттесняла на задний план все остальное. Но, как правило, к тому моменту, когда султан покидал этот мир, престолонаследник уже был известен. Новая мать-султанша возносил ась к вершинам могущества вместе со своим сыном - новым султаном, а остальных красавиц гарема ждала совсем иная участь.
«В двадцать четыре часа после того, как султан испустит последний вздох, жены его и фаворитки должны съехать, - писал Осман-бей. -:- Все женщины должны собрать свои вещи и покинуть сераль. Эта перемена декораций представляет совершенную картину армии после поражения или экипажа после кораблекрушения, когда каждый старается ухватиться за спасительную доску, которая могла бы удержать его на поверхности воды и не дать потонуть в глубине Старого сераля. Те из них, которые имеют детей - принцев или принцесс, остаются под императорской кровлей, так как государственные соображения не позволяют, чтобы дети вышли из-под надзора подозрительного и сурового наследника. Поэтому и их матери оставляются во дворце, где положение их, конечно, лучше, чем если бы они были заперты в Старом серале. Все же прочие должны укладываться и уходить со всеми женщинами и рабами своего двора. Само собою разумеется, что некоторым из последних удается при помощи протекции отделаться от своих прежних господ и остаться во дворце, где их зачисляют в какой-нибудь из вновь формируемых дворов.
Старый сераль, помещающийся в конце дворца, представляет скучное и мрачное здание, настоящую могилу, куда погребают живых людей. Вообразите себе средневековой замок с высокими зубчатыми стенами, маленькими окнами, со всех сторон окруженный густой стеной старых платанов и кипарисов, и вы составите себе приблизительное понятие о здании, в котором заперты павшие богини сераля.
... Заключение это, впрочем, не пожизненное, потому что с течением времени стражи становятся более снисходительными и отпускают, так сказать, поводья. Но это случается уже тогда, когда заключенные достигли того возраста, который поневоле делает их скромными. Действительно, когда кадине стукнет лет пятьдесят, можно вполне рассчитывать, что она стоит гораздо выше житейских треволнений. царствующий султан отдает в ее распоряжение одну из императорских резиденций и милостиво разрешает ей делать все, что ей угодно".
В Старом серале оказывались, как правило, члены гаремных кланов, проигравших битву за престол. Союзниц новой султанши-матери и их дочерей - бывших принцесс пристраивали в богатые семьи, выдавая замуж за удержавшихся на плаву вельмож и их детей. Бывших принцев женили на богатых невестах и назначали на хорошие должности. На время все успокаивалось, пока честолюбивые принцы, их матери и лишившиеся привилегий вельможи не решались начать новую борьбу с победившими кланами. Впрочем, это было характерно не только для Турции. Кровавые схватки за престол - часть исторического наследия большинства государств. Наложницы бухарского эмира содержались в гареме, пока им не исполнялось шестнадцать лет. Затем их выдавали замуж или попросту удаляли из гарема, снабдив всем необходимым для безбедной жизни. Однако общество их не принимало, и им оставалось коротать свой век в одиночестве.
Наиболее опытные наложницы оставались в гареме, где воспитывали новое поколение одалисок Фаворитки султанов тоже могли быть "отставлены" от гарема. Обычно это было результатом какой-то провинности, наговоров или усердия ревнивых соперниц. Делалось это быстро и просто, стоило лишь султану проявить свое неудовольствие. Почетная отставка влекла за собой выдачу фаворитки замуж за какого-нибудь чиновника. "Невесте" давали хорошее приданое, оставляли ее подарки и имущество. «Когда рабыни султана достигают тридцати лет, - писал Теофиль Готье, - он некоторым из них дарует свободу, и они делают хорошие партии благодаря связям при дворе и предполагаемому покровительству султана. Эти девушки прекрасно образованы, умеют читать, писать, сочинять стихи, танцевать, играть на музыкальных инструментах и отличаются изысканностью манер, какую можно приобрести лишь при дворе. К тому же они лучше, чем кто-либо, сведущи в дворцовых интригах и кознях и нередко узнают через своих подруг, оставшихся в гареме, политические тайны, которыми пользуются их мужья, чтобы войти в милость или избежать немилости. Так что взять невесту из сераля очень выгодно для человека честолюбивого или осторожного».
Случались и простыe отставки, когда бывшая фаворитка получала ограниченное содержание наподобие ветеранок гарема бухарского эмира. Кроме того, ей выплачивалась пенсия, подразумевавшая, что получательница денег не выдаст тайн султанского гарема.
Однако, учитывая страсть гаремных див к сплетням, щедроты нового султана могли внезапно иссякнуть. Если отставная красавица не успевала найти себе мужа и обзавестись семьей, ее, как правило, ждала нищета или публичный дом. Но и такая отставка была: не самым плохим исходом. Опальная фаворитка запросто могла оказаться и на невольничьем рынке, и в казармах янычаров, и в мешке на дне Босфора. Мелек-ханум, жена великого визиря Кипризли-Мехмет- паши, прошла тернистый путь от стремительного возвышения до крушения всех надежд. В результате клеветы и интриг, на была изгнана из гарема и ей даже пришлось бежать в Европу, где она испытала все тяготы полуголодного существования.
Путешествуя по Египту, Жерар де Нерваль попал на невольничий рынок и решился совершить благодеяние.
н купил красивую рабыню, чтобы затем дать ей свободу. Однако рабыня, как оказалось, вовсе не разделяла взглядов просвещенного европейца: "Свободна! - сказала она. - И чем прикажете мне заниматься? Свободна! Куда мне идти? Лучше продайте
ня обратно Абд-аль-Кериму. - Но, дорогая моя, не в правилах европейца продавать женщин, получать деньги таким образом бесчестно. - Как же быть? - сказала она, плача. - Разве я смогу заработать себе на жизнь? Ведь я ничего не умею! - Может быть, ты пойдешь в услужение к какой нибудь даме, исповедующей ту же религию? - я? В услужение? Ни за что. Продайте меня. Меня купит мусульманин - шейх или паша. Я смогу стать госпожой! Вы хотите со мной расстаться... Отвезите меня на рынок Что за необычная страна, где рабы не желают быть свободными! Однако я знал, что рабыня права ..."
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 11    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

ДЕТИ В ГАРЕМАХ


3аконные дети незаконных жен

Дети, были ли они рождены женами или наложницами, становились всеми признаваемыми законными наследниками его султанского величества. О детях, прижитых от собственных невольниц, в шариате говорится:
"... Если дети родились в срок, правилами шариата определенный, и если, кроме хозяина, никто другой не имел с невольницей сожития, то дети эти имеют одинаковое с прочими детьми право на наследство отца.
Собственное признание и объявление лица свободного состояния, что дети, рожденные его невольницей, им прижиты, делают их свободными и этого достаточно для определения законного их рождения .
... Невольницы, с которыми хозяин их имел сожитие и прижил детей, именуются умме-велед. Сожитие хозяина и рождение ребенка не дает права на свободу; но умме-велед приобретает то преимущество, что при жизни ребенка ее хозяин не имеет права ее продать и по смерти хозяина она достается в наследство на часть ребенка и через это получает свободу». В одной из сказок Шехерезады говорится: «И наконец пришли в одну ночь из ночей потуги к жене царя, после того как дни ее беременности кончились. И царь Асим велел привести всех, кто был в городе из ученых, астрономов, образованных людей, главарей звездочетов, достойных людей и обладателей перьев, и они явились И сели и стали ждать, пока бросят шарик на блюдо, - а это был знак от звездочетов и домочадцев. И все они сидели и ждали, и наконец шарик бросили, и царица родила мальчика, подобного обрезку месяца в ночь полнолуния, и звездочеты принялиcь высчитывать и определять его звезду и гороскоп, и установили числа". В другой сказке описывается радость отца по случаю рождения наследника: «А потом, в один из дней, его жена сидела, и дитя шевельнул ось у нее в животе, и поняла она, что она носит. И ей стало больно, и изменился цвет ее лица, и она позвала одного из евнухов, бывших при ней (а это был старший из них), и сказала: "Ступай к царю, в каком бы он ни был месте, и скажи ему: - О царь времени, я тебя обрадую - беременность нашей госпожи стала видимой и дитя пошевелилось у нее в животе". И евнух вышел поспешно, радостный, и увидел, что царь сидит один, приложив руку К щеке, и размышляет, и тогда евнух подошел к нему и поцеловал землю меж его руками и рассказал ему, что его жена понесла. И, услышав слова евнуха, царь поднялся на ноги и от сильной радости поцеловал евнуху руку и голову и, сняв то, что было на нем надето, отдал это евнуху и сказал тем, кто был в его прием ной зале: "Тот, кто любит меня, пусть окажет ему милости!" И евнуху подарили денег, драгоценных камней, яхонтов, коней, мулов и садов столько, что не счесть и не перечислить».
По случаю рождения принца устраивались грандиозные торжества с орудийными салютами и фейерверками. Когда рождал ась принцесса, торжества были менее пышными.
Колыбель младенца по своему дорогому убранству походил а на маленький трон. Счастливая мать получала дорогие подарки, новый ранг и апартаменты, кормилиц и увеличенный штат прислуги. Жены, имевшие сыновей, очень ими дорожили. Сын был основой благополучия и надеждой на лучшее будущее даже для простой рабыни. Даже в обычных семьях, если умирал хозяин, его свободный сын мог получить свою мать как часть наследства и дать ей свободу. Когда ребенок заболевал, принимались всевозможные меры для его лечения. Бывало, если младенец умирал, вместо него тайно покупали на стороне похожего ребенка. Несчастных матерей не останавливали даже страшные кары, если обман откроется.

Гаремные войны за престолонаследие.

В Средние века существовало жестокое установление, согласно которому всех сводных и даже родных братьев назначенного султаном наследника безжалостно убивали. Как пишет Алев Литлэ Крутье: «Законы о наследовании трона устанавливали, что власть от умершего султана переходит не его сыну, а старшему мужчине из живущих членов семьи. Мехмед Завоеватель, хорошо поднаторевший в дворцовых интригах, сформулировал положения, которыми жила Османская империя на протяжении веков. Эти правила, в частности, позволяли султану умертвить всю мужскую половину своей родни, чтобы обеспечить трон для собственного отпрыска.
Результатом этого в 1595 году стало страшное кровопролитие, когда Мехмед III по наущению матери казнил девятнадцать своих братьев, включая младенцев, а семерых беременных наложниц своего отца велел завязать в мешки и утопить в мраморном море. "После похорон принцев толпы народа собрались возле дворца смотреть, как матери умерщвленных принцев и жены старого султана покидают насиженные места. для их вывоза были использованы все экипажи, лошади и мулы, какие только имелись во дворце. Кроме жен старого султана под охраной евнухов в Старый дворец были отправлены двадцать семь его дочерей и более двухсот одалисок. .. Там они могли сколько угодно оплакивать своих убиенных сынов", - пишет посол Г. Д. Роуздейл в книге "Королева Елизавета и Левантийская компания" (1604).
В 1666 году Селим 11 своим указом смягчил суровые уложения законов Завоевателя. По новому указу имперским принцам даровал ась жизнь, но до смерти правящего султана им запрещалось участвовать в общественных делах.
С этого момента принцев содержали в кафесе (золотая клетка), помещении, примыкающем к гарему, но надежно изолированном от него. Вся жизнь принцев проходила вне всякой связи с другими людьми, кроме нескольких наложниц, у которых были удалены или матка. Если по чьему-либо недогляду какая-то женщина беременела от заключенного принца, ее немедленно топили в море. Принцев охраняли стражники, у которых барабанные перепонки были проколоты, а языки надрезаны. Эта глухонемая охрана могла стать при необходимости и убийцами заключенных принцев. Жизнь в "золотой клетке" была пыткой страхом и мучением из-за полного неведения всего, что происходило за стенами. В любой момент султан или дворцовые заговорщики могли там всех поубивать. Если
принц выживал в таких условиях и становился наследником трона, он чаще всего был просто не готов править огромной империей. Когда в 1640 году умер Мурад IV, его брат и преемник Ибрагим 1 так испугался толпы, рвавшейся в кафес, чтобы провозгласить его новым султаном, что забаррикадировался в своих покоях И не выходил до тех пор, пока не принесли и не показали ему тело мертвого султана. Сулейман 11, проведя в кафесе тридцать девять лет, стал настоящим аскетом и увлекся каллиграфией. Уже будучи султаном, он не раз высказывал пожелание вернуться к этому тихому занятию в уединении. Другие принцы, как упомянутый Ибрагим 1, вырвавшись на свободу, пускались в дикий разгул, как бы мстя судьбе за погубленные годы. Служившая фундаментом сераля невольничья система пожирала в "золотой клетке" своих творцов и превращала их самих в рабов». Принц мог стать султаном, его могли женить на принцессе из другой державы или на дочери турецкого сановника и отправить в провинцию, подальше от дворца, а могли и просто лишить жизни в интересах оперничающих за престол кланов.
Драме такого рода Жан Расин посвятил свою трагедию «Баязид», написанную под впечатлением рассказов очевидца кровавых событий - французского посланника в Турции графа де Сези. Трагедия была поставлена во Франции в 1672 году и позже стала классической. В предисловии к трагедии автор счел нужным кратко описать ход исторических событий: "У султана Мурада, или Мурата (Мур ад IV - Ш. К), повелителя турок, завоевавшего в 1638 году Багдад, было четверо братьев. Первый, Осман, был султаном до него и процарствовал около трех лет, по прошествии которых янычары лишили его и престола, и жизни. Второго вали Орхан. В первые же дни своего правления Мурад велел задушить его. Третьим был Баязид, царевич, на которого возлагались большие надежды. До осады Багдада Мурад - то ли из политических соображений, то ли из братской приязни - щадил царевича. Но после того как город был взят, торжествующий султан отправил в Стамбул повеление умертвить Баязида, каковое и было исполнено примерно так, как я изобразил в своей пьесе. Мурад имел еще одного брата по имени Ибрахим, которого презирал за тупость и потому не опасался; впоследствии Ибрахим стал султаном. Ныне царствующий султан Мехмед является сыном Ибрахима и, следовательно, племянником Баязида».
Один их героев пьесы - великий визирь Акомат раскрывает своему наперснику, а заодно и зрителям, тайны борьбы за престол:
Суровы, знаешь сам, обычаи в серале.
Припомни, сколько раз туг братьев убивали:
Брат может посягнуть на трон, и оттого
Он кровью платится за кровное родство.
Лишь хилый Ибрахим здесь может быть спокоен.
Хотя ни умереть, ни жить он не достоин,
Но жизнь ничтожную бессмысленно влачит:
Убожество ума - ему надежный щит.
А Баязид умен, отважен и прекрасен,
И в силу этого особенно опасен.

Не обошел эту волнующую тему и Осман-бей:
«В серале ведутся такие интриги, каких нельзя встретить ни в одной части света. Каждая женщина там интригует или в свою пользу, или в пользу своих принцев и принцесс, если они у нее есть. Если у нее принц (шах-заде), то она постоянно предвидит в будущем возможность видеть своего ребенка на троне и самой сделаться валидоле-султан. Если у нее дочь, ее постоянно мучит и заставляет интриговать забота о приискании выгодной партии для своей султанши. Здесь мы коснулись чрезвычайно чувствительной струны, которая связана с самым жгучим вопросом, можно сказать, душой внутренней турецкой политики, - вопросом о престолонаследии. Действительно, каждая кадина, имеющая сына, есть претендентка, так как каждый шах -заде может сделаться султаном; поэтому все окружающие его, в особенности же матери, делают себе из его вступления на престол idee fixe, осуществление которой становится целью всей их жизни.
поэтому каждая кадина и ее двор составляют партию, денно и нощно интригующую и работающую в пользу своего принца. Этот принц является для них идолом, которого они ласкают и берегут с чрезвычайной нежностью и уважением. Арслан, лев - вот имя, с которым эти люди обращаются к своему принцу; так как султан-отец считается львом львов, то само собою разумеется, что его сыновья по праву могут называться
львятами. Поэтому кадина никогда не назовет своего сына иначе как арсланум - мой лев: назвать его иначе было бы нарушением придворного этикета. Так как эти стремления питают все партии, то ясно, что в серале столько партий, сколько претендентов. Каждая из этих партий представляет очаг интриг, отпрыски которых тянутся во все стороны внутри сераля так же, как и вне его, потому что, если жены и принцы стараются привлечь себе партизан, то те, которые стремятся к власти, тоже имеют интерес в том, чтобы приобрести себе поддержку возле падишаха или по крайней мере знать все, что делается вокруг него.
Сказанного мною, кажется, достаточно для того, чтобы объяснить то политическое брожение, которое оттуда распространяется в административные, а подчас даже и дипломатические сферы. Эти интриги с их разнообразными комбинациями задают, как легко можно понять, много работы женскому населению сераля".

Школа принцев

Кому-то из принцев суждено было стать султаном, а потому ему следовало кое-что знать и получить достаточное образование. Обучались мальчики в "Школе принцев", существовавшей во дворце. Обычная программа включала письмо, чтение, толкование Корана, жизнеописание Пророка, законоведение, историю, стихосложение, риторику, философию, математику и некоторые другие предметы. По случаю первого чтения ребенком Корана устраивали большие праздники, приглашая множество гостей. Особое внимание уделялось дворцовому этикету и военным наукам. Обычным делом были парады принцев, одетых в военную форму, увешанных всевозможными наградами, в сопровождении свит из мальчиков, также облаченных в военную форму и при оружии. Об отцовском воспитании, в привычном смысле, говорить не приходилось. Султана многочисленные сыновья видели Только по большим праздникам. Но были и исключения из правил. В сказках Шехерезады читаем: "А после того Нур-ад-дин занялся воспитанием своего сына; и когда тот окреп и ему исполнилось семь лет, он призвал к нему учителя и поручил ему научить его читать и дать ему образование и хорошо воспитать его. И учитель научил его читать и заставил усвоить полезное в знании, и Хасан повторял Коран в течение многих лет и становился все красивей и стройней".
"Сыновья же пашей обыкновенно получают весьма плохое воспитание и образование, - писала Мелекханум. Они рано предаются всякого рода излишествам и тем самым преждевременно расстраивают свое физическое и умственное здоровье. По смерти отцов они скоро проматывают свое состояние и по большей части умирают в крайней бедности". Дочери султана получали самое поверхностное образование в стенах гарема. Их обучали читать, писать и вышивать, а главное внимание уделялось науке быть красавицей, женой и матерью, и прочим гаремным премудростям. По сути же девицы, окруженные роскошью и скукой, пребыв али в некой сладостной летаргии в ожидании радостей любви.
Повзрослевших принцесс выдавали замуж, и таких браков добивались для своих сыновей самые влиятельные вельможи и иностранные властители.

Ограничение рождаемости

У султанов, как правило, было много детей. И хотя рождение каждого ребенка становилось праздником, черезмерное увеличение потомства не приветствовалось. «Казалось бы, Абдул Хамид, обладатель столь огромного сераля, должен быть отцом многочисленного семейства, - писал Джордж Дорис. - Однако это отнюдь не так, и число его детей сравнительно невелико - их всего тринадцать. Женщины из его гарема редко становятся матерями, и это результат строгих мер, принятых с целью не допустить чрезмерного увеличения числа потомков султана. Произвольный выкидыш частое явление в гареме: старые рабыни-кальфа в совершенстве владеют этим мерзким искусством. Надзор, который осуществляют за женщиной, удостоившейся чести разделить ложе падишаха, очень строг и позволяет распознать самые первые симптомы беременности, которую они тут же прерывают. Впрочем, случается, что бедная одалиска, иногда из гордости, а иногда из-за материнского инстинкта, весьма развитого у турчанок, с помощью различных уловок обманывает бдительность надзирательниц. Она скрывает беременность до самого конца и, делая султана отцом вопреки его желанию, из простой икбал становится кадиной».
_________________
Студия восточного танца «Семирамида»
обучение танцу живота
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 14    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Тайны сераля.

Влияние жен на государственные дела.

Чем меньше правители занимались государственными делами, тем большее влияние обретали их жены и фаворитки. И если правителей еще сдерживали принятые правила или дворцовый этикет, то у дам не было и таких ограничений. Гаремная жизнь воспитывала в них постоянную готовность к интригам и соперничеству, и дипломатические таланты раскрывались будто сами собой. Если влиятельные дамы были иностранками, то это, как правило, сказывалось на отношениях властителей к исторической родине их жен. В Библии излагается удивительная история еврейской красавицы Эсфирь. Когда персидский царь Артаксеркс изгнал свою неверную жену, были собраны лучшие девушки со всего царства, чтобы царь мог избрать себе супругу. Выбор пал на Эсфирь. Сделавшись царицей, она сумела спасти свой народ от разорения и уничтожения, которым его намерился подвергнуть алчный царский вельможа. Первым он собирался повесить отца Эсфири Мардохея, не оказывавшего ему почтения и покорности. Однако в виселице оказался сам вельможа, а народ Эсфири в честь своего чудесного избавления установил праздник Пурим. Знаменитая Юдифь также готова была пожертвовать собой, чтобы спасти родной город. Когда к нему подступили войска Навуходоносора под командованием Олоферна, красавица Юдифь явил ась в стан врага якобы за тем, чтобы помочь ему захватить город. Когда же ослепленный красавицей Олоферн пригласил ее разделить с ним ложе, Юдифь отрубила ему голову и унесла ее в корзине. Деморализованные войска Навуходоносора потерпели поражение. Этот сюжет весьма популярен в литературе и живописи.
Масштаб деятельности султанши Роксоланы сильно пошатнул прежние представления о месте женщины в государстве и политике. Бывали периоды, когда империей правили не султаны, а их жены. Порожденную Роксоланой новую эпоху позже назвали «Женским султанатом» (1541-1687).
«Три тысячи лиц, составляющих императорский гарем и двор, образуют зерно партии, называемой партией сераля, - писал Осман-бей. - Влияние всего этого народа, окружающего султана, без сомнения, чрезвычайно велико; но если захотеть приблизительно высчитать численную силу этой партии, силу, фигурирующую между политическими факторами, нужно сюда прибавить еще около 10 000 человек, связанных с сералем тысячами самых жгучих интересов. Точно так же население Бедиктага и др., равняющееся населению большого города, целиком составлено из лиц, служащих при дворце и по необходимости обязанных следовать его политике. Таким образом, эти двенадцать-тринадцать человек составляют партию, настолько сильную и влиятельную, что сам падишах принужден сообразовываться с ее видами и покровительствовать ее интересам». Так как руководила этой гаремной партией мать-султанша, то естественно, что ее покровительства искали не только обитательницы гарема, но и самые важные сановники, дипломаты, купцы. Лишь она одна имела серьезное влияние на султана, почти небожителя, и охраняла доступ к вниманию падишаха, как архангел Гавриил - врата рая. Случались, конечно, и исключения, когда одна из жен безраздельно завладевала султаном, но это только подтверждало правило. Покои валиде-султан были столь же труднодоступны, как и покои самого султана. Все обращения к валиде-султан или визиты к ней осуществлялись по строгому этикету и с соответствующими почестями, которые подчеркивали ее власть и значимость. О результатах таких посещений писал Джордж Дорис:
«Разумеется, эти визиты иногда приносят мужьям стремительное повышение, которое не всегда означает признание их личных заслуг или результат вмешательства валиде-султан. Так, в гаремах Константинополя ходит много слухов о влиянии, которым пользуется одна милая дама из гарема Хасана-паши - министра морского ведомства, прозванного "бессменным" за свое умение выходить из всех министерских и прочих бурь и за особое расположение к нему султана». Указывать султану на то, что влияние жен или фавopитoк стало чрезмерным, или влиятельному паше на неподобающее поведение гарема никто не решался.
Эта тема была под особым запретом и могла стоить правдоискателю головы.
«Заговорить С турком О его женах - значит допустить вопиющую бестактность, - писал Теофиль Готье.
- Этой деликатной темы нельзя касаться даже иносказательно, даже малейшим намеком. Поэтому привычные для нас фразы вроде "Как здоровье вашей супруги?" из разговора исключены. Самый суровый и бородатый османлы покраснеет, как девица, услыхав подобную непристойность. Жена французского посла, желая преподнести Решид-паше несколько отрезов лионского шелка для его гарема, вручила их ему со словами:
"Вы сумеете лучше, чем кто-либо другой, найти применение этим тканям" Выразить назначение подарка более ясно означало бы совершить неловкость даже в глазах Реш ида, приученного к французским нравам, и редкостный такт маркизы подсказал ей эту изысканно-расплывчатую форму, чтобы не ранить восточную щепетильность».
_________________
Студия восточного танца «Семирамида»
обучение танцу живота


Последний раз редактировалось: Семирамида (Сб Янв 14, 2012 15 44), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 16    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Кутузов в Стамбуле

Чрезвычайный и полномочный посол России в Османской империи генерал-поручик Михаил Илларионович Кугузов прибыл в Стамбул в сентябре 1793 года. Помимо дипломатических талантов, он проявил нем алую закулисную ловкость. "подарки к султан-валиде отправлены в гарем с советником и двумя кавалерами посольства, - сообщал Михаил Кугузов в письме императрице Екатерине II, - где приняты кизлярагою с великою почтительностию, и уже известно здесь, что султан внимание сие к его матери принял с чувствительностью. При сем препровождаю всеподданнейше ведомость подаркам, розданным с 21 октября, и счет чрезвычайным издержкам с 13-го того же месяца ... "
В письмах к своей жене Михаил Кутузов описывал любопытные подробности своей кипучей деятельности:
-Ничего примечательного после последней почты не случилось, кроме вещи здесь небывалой, а именно: валиде-султан, то есть мать султанская, прислала в церемонии чиновника своего валиде-кегая-колфосы, провождаемого переводчиком Порты, спросить об моем здоровье, объявить внимание ее ко мне и вручить от лица ее подарки, состоящие из шалей, трех платков, которые вечно сохраню, и многих парчей турецких, ост-индских и ормусских, и чашечку для кофея с дорогими каменьями; всего пиястров на 10 000. Да, чтобы тебе дать об великолепии азияцком понятие, надобно сказать об обеде капитан-паши; он молодой человек, фаворит султанской, женат на его сестре, великолепен, мот, три миллиона [пиастров] должен; учтив и любезен. Мебель и платье на людях, все новое было; слуг до тысячи в парче; ковры малиновые, бархатные, золотом шитые; софы с жемчугом; на ближних слугах очень много бриллиянтов. Между многих забав, был жирит, то есть скачка на лошадях. Все лошади его конюшни, которая, конечно, первая в свете. Он так великолепен, что лишь только увидел, что мне две лошади понравились, тотчас их на другой день и послал мне, и я уже с сей конюшни имею пять лошадей». Описал Михаил Кутузов жене и прием у падишаха:
«Дворец его, двор его, наряд придворных, строение и убранство покоев мудрено, странно, церемонии иногда смешны, но все велико, огромно, пышно и почтенно. Это трагедия Шекспирова, поэма Мильтонова или Одиссея Гомерова. А вот какое впечатление сделало мне, как я вступил в аудиенц-залу: комната немножко темная, трон, при первом взгляде, оценишь в миллиона в три; на троне сидит прекрасной человек, лучше всего его двора, одет в сукне, просто, но на чалме огромной солитер (большой бриллиант в оправе. - ш. К) с пером и на шубе петлицы бриллиантовые. Обратился несколько ко мне, сделал поклон глазами, глазами и показал, кажется, все, что он мне приказывал комплиментов прежде; или я худой физиономист, или он добрый и умный человек Во время речи моей слушал он со вниманием, часто наклонял голову и, где в конце речи адресуется ему комплимент от меня собственно, наклонился с таким видом, что кажется сказал: "Мне очень это приятно, я тебя очень полюбил; мне очень жаль, что не могу с тобою говорить" Вот в каком виде мне представился султан». Михаил Кутузов пробыл в Турции всего один год, но успел сделать очень много: упрочил влияние России в Турции и склонил ее к заключению союза с Россией и другими европейскими державами против революционной Франции. Влияние Франции было серьезно ослаблено, а французские подданные получили приказание покинуть пределы Турции. О том, как устраивались всевозможные дела через посредничество жен «неподкупных» чиновников, вспоминала и Мелек-ханум. В бытность ее супруга губернатором Иерусалима, она не теряла времени даром: «То один, то другой пришлет мне когда великолепные часы, когда бриллиантовую булавку или жемчужное ожерелье; они, казалось, соперничали между собою, кто из них сделает мне лучший подарок». Если кто-то не догадывался заслужить признательность «первой леди», ее дворецкий находил всевозможные способы «призвать их К порядку». «Все это совершалось без ведома губернатора, - писала Мелек-ханум - и вскоре я увидала себя обладательницей четырехсот тысяч франков, заключавшихся частью в денежных суммах, частью в драгоценных каменьях и различных золотых украшениях».
Протекции были обычной практикой и при дворце. Сама Мелек-ханум выхлопотала у султана прощение и высокую должность для своего супруга Кипризли- паши, находившегося в опале. Та же Мелек-ханум проявила чудеса смекалки, когда, уже изгнанная мужем, направлялась в Стамбул. По пути через провинции, в которых назрел мятеж против самоуправства ее бывшего мужа, она рисковала жизнью. Но представившись женой нового губернатора, была принята с большим почетом, осыпана подарками и отправилась дальше, пообещав наивным бедуинам протекцию.
Как правило, султан редко снисходил до того, чтобы самолично рассматривать кандидатуры на второстепенные посты. Этим занимались его вельможи, вернее - их жены, которых, в свою очередь, просили матери, жены или сестры кандидатов на «теплые» места. И тут, разумеется, не обходил ось без соответствующих подарков, приношений и других знаков признательности.


Последний раз редактировалось: Семирамида (Сб Янв 14, 2012 16 19), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 17    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Султан - профессия опасная

История султанских династий красноречиво свидетельствует, что опасность заговора, убийства, свержения с престола существовали всегда, как тень трона падишаха. А потому забота о собственной безопасности была одной из главных «профессиональных» обязанностей султана. И в этом деле государственной важности султаны предпочитали излишества недостаткам. Александр Сергеевич Пушкин писал в «Бахчисарайском фонтане»:
Гирей сидел потупя взор;
Янтарь в устах его дымился;
Безмолвно раболепный двор
Вкруг хана грозного теснился.
...горит ли местию кровавой,
Открыл ли в войске заговор,
Страшится ли народов гор,
Иль козней Генуи лукавой?
Нет, он скучает бранной славой,
Устала грозная рука;
Война от мыслей далека.
Ужель в его гарем измена
Стезей преступною вошла,
И дочь неволи, нег и плена
Гяуру сердце отдала? ..
Роберт ван Гулик приводит пример из китайской истории: "поскольку император во время развлечений с женщинами был особенно уязвим для нападения, его безопасность обеспечивалась самым строгим образом. Все двери, ведущие во внутренние апартаменты, держали закрытыми, и их усиленно охраняли. Чтобы предотвратить любые попытки женщин напасть на своего царствующего возлюбленного, во дворце соблюдался старинный обычай, согласно которому женщину, которой предстояло разделить ложе с императором, раздевали донага, заворачивали в накидку и доставляли в императорские покои на спине евнуха. Таким образом, она никак не смогла бы спрятать на себе оружие".

Шпионаж, или Особые подарки. Его Величества

Джордж Дорис приоткрыл некоторые тайны султанского гарема: «Кадина не может никогда, ни под каким предлогом, покидать султанский сераль - в отличие от одалиски, простой икбал, у которой нет детей. Последняя может быть подарена султаном фавориту или какому-нибудь крупному вельможе: в этом случае она, естественно, занимает первое место в гареме своего нового господина.
Часто падишах делает такого рода подарок для того лишь, чтобы избавиться от женщины, к которой его каприз уже прошел или присутствие которой во дворце покажется ему бесполезным. Иногда за этим щедрым жестом кроется тайный расчет и на подаренную таким образом женщину возлагается миссия, роковая для того, чьей женой она становится. Так, алим Сайфедцин-эфенди, более других внушавший опасения султану, получил от него в подарок изумительной красоты рабыню, которая оказалась слишком прекрасна: он так любил ее и так был любим ею, что от этой любви умер ...
Еще чаще этим женщинам, рассылаемым в гаремы к подозреваемым лицам, приходится заниматься таким низким делом, как шпионаж Турецкие мужья гораздо откровеннее со своими женами, чем это обычно представляют. Они часто посвящают жен в свои планы, делятся своими проблемами, иногда даже советуются с ними, и это доверие отчасти служит для них вознаграждением за то жалкое положение, которое они обречены занимать в обществе: этим легко пользуется Абдул-Хамид. Если случается, что женщина привязывается к своему новому господину и не выполняет свою предательскую миссию, она теряет право когда-нибудь вернуться в султанский гарем. Чтобы иметь возможность вернуться в этот "Сад Наслаждений", она должна прежде всего оказывать некоторые услуги. На жаргоне сераля это называется "получить паспорт" Во время армянских событий женщины-шпионки сыграли важную роль. Именно благодаря им власти выяснили, кто из турок выказывал симпатии к армянам, злоумышляя против султана.
В обычное время они занимаются этим в стенах самого дворца, наряду с евнухами, которые, прячась за шторами, постоянно подслушивают из-за перегородок все разговоры. Иногда Абдул-Хамид лично узнает то, что ему важно знать. Так, однажды, увидев юную рабыню, которая стирала платки своей госпожи-кадины, он приказал, чтобы ее доставили к нему и удовлетворил с нею свою внезапную прихоть. И так как, говоря словами поэта, удовольствие всегда располагает к беседе, он пообещал ей титул принцессы при условии, что она будет сообщать ему о том, что думают дамы из ее гарема и какого они мнения о нем. Поощренная таким образом, новая фаворитка не замедлила удовлетворить любопытство повелителя и сообщила ему, что кадина, ее госпожа, находит его слишком старым и неспособным к любви. получив горький урок, Абдул-Хамид поставил юную рабыню над ее впавшей в немилость госпожой, сказав: "Так я поступлю со всеми, у кого на сердце не то же, что на языке".
В восточных преданиях приводятся и другие истории, когда к преступавшим все пределы царям подсылали специально обученных наложниц. Те их сначала покоряли своей красотой, а затем предавали ужасной смерти, венчавшей изощренный план мести.

Пытки и казни

Вызвать подозрение, а еще страшнее - гнев господина было для наложницы или жены равносильно подписанию смертного приговора. «Кто знает, сколько крови и слез утекло уже за непроницаемыми двойными стенами и сколько безвинных душ было принесено в жертву безмерной подозрительности Абдул-Хамида? - писал Джордж Дорис. Все знают, что при малейшем подозрении в адрес своих жен он выходит из себя и наносит удар не задумываясь.
Известна история одной рабыни, которую он застрелил в своей собственной постели: она позволила себе резкое движение, и деспоту показалось, что несчастное дитя хотело его задушить. Юность, красота и нежность робких созданий не могут смягчить жестокость господина. Часто по малейшему подозрению его евнухи получают приказ устранить какую-нибудь из них, подругам исчезнувшей девушки запрещается расспрашивать о ней. На сей счет рассказывают трагическую историю двух одалисок, проникнувшихся друг К другу теснейшей симпатией. Одна из них, заподозренная в греховном умысле, внезапно исчезла. Ее подруга, не видя ее более в гареме и не осмеливаясь даже произнести ее имя, увяла, потеряв единственное в жизни близкое существо, и умерла, как срезанный цветок, лишенный влаги.
Удушение, утопление в Босфоре, истязания - все это, кажущееся в наше время неправдоподобным, здесь чаще практикуется - причем чаще, чем обычно считают - против жен падишаха. Вот простой пример, дающий достаточно наглядное представление о драмах, разыгрывающихся в Йилдызе.
Однажды султан, выйдя из своего кабинета, забьm на столике один из своих миниатюрных карманных револьверов, с которыми он никогда надолго не расстается. Вернувшись вскоре, он застает двенадцатилетнюю девочку, маленькую рабыню из гарема, которая по недосмотру проникла в комнату и вертела в руках оружие, приняв его, быть может, по своей наивности, за диковинную игрушку. Мысль о покушении мгновенно пронеслась в больном мозгу Абдул-Хамида! Увидев страх на лице господина, девочка залилась слезами, и волнение невинного ребенка показалось деспоту признанием в преступлении, в котором он ее подозревал. Он повелел схватить девочку и тотчас же "допросить" ее, что в Йилдызе означает: подвергнуть самым отвратительным пыткам. Но от невинной бедняжки не могли добиться ничего, кроме криков и слез, хотя под ногти ей загоняли раскаленные иглы! С помощью этих методов следствие установило, что ей, невиновной, было не в чем признаваться: лишь тогда было прекращено истязание маленькой мученицы, горестная история которой, верно, уже забыта в султанском гареме!»
Палач, мешок с ядром и дно Босфора были неизбежным концом для жен и наложниц, дерзнувших вызвать ревность или гнев повелителя. Однако даже такая мрачная перспектива не в силах была остановить обитательниц гаремов, терявших осторожность от вдруг нахлынувшей любви, жгучей ревности или жажды мести за свои унижения. Упоминавшаяся уже рабыня Бессиме, на которой султан женился по всем канонам, этим не удовлетворилась. Потеряв расположение султана и выселенная из гарема, она затеяла роман с Тефик-пашой и даже вышла за него замуж.
«Это был первый случай в истории Отгоманской империи, - писал Осман-бей, - когда жена султана вступила во вторичный брак с обыкновенным смертным. Вышеупомянутый паша, несмотря на свое весьма маленькое жалованье, проводил жизнь среди удовольствий, делал долги и надувал каждого, кто имел к нему какое-либо отношение. Смелый поступок Тефик-паши, без сомнения, должен был вызвать гнев Абдул-Меджида и презрение его верных подданных; турки бывают неумолимы к оскорбителям величества. ...Спустя недолгое время, Тефик-паше пришлось ответить за свое преступление прежде временной смертью. Но столь строгое наказание было совершено со всею изобретательностью и предусмотрительностью, на которую способна только восточная тонкость.
Сначала Абдул-Меджид сделал вид, что он очень равнодушно относится к замужеству своей законной жены; он даже до такой степени скрьm свое неудовольствие по этому поводу, что предоставил Бессиме право пользоваться одним из дворцов, принадлежащих казне. Отвлекши таким образом общественное мнение, султан однако же вскоре придрался к незначительному предлогу, чтобы сослать Бессиме и ее мужа в Бруссу. И нет сомнения, что Тефик-паша должен был бы там расстаться с жизнью; но так как это требовалось совершить со всевозможными предосторожностями, то было решено вернуть несчастного пашу в Константинополь и отравить. поэтому Тефик получил прощение и вернулся в Константинополь, где спустя несколько месяцев и умер. Официальная милость и широкое прощение произвели желаемое впечатление, и никому не пришла мысль подозревать причину смерти Тефика. Бессиме, как предмет слабости султана, осталась в живых».
Похоже, вмешательство гарема в дела правителей были обычным и древним явлением. Одну такую историю мы находим и в сказках Шехерезады: «Что же касается женщин-любимиц, из наложниц и других, которые были причиной убиения визирей и порчи государства из-за своих хитростей и обманов, то когда все, кто пришел в диван из городов и селений, отправились к своим местам и дела их выправились, царь приказал визирю, малому по годам, большому по разуму, то есть сыну Шимаса, призвать прочих визирей, и они все явились к царю, и тот уединился с ними и сказал: "Знайте, о визири, что я уклонялся от прямого пуги, был погружен в невежество, отвращался от добрых советов, нарушал обещания и клятвы и прекословил советчикам, и причиной всего этого была забава с этими женщинами, и их обманы, и ложный блеск их слов, и ложь, и мое согласие на это. Я думал, что их слова - искренний совет, так как они были нежны и мягки, а оказалось, что это яд убийственный. Теперь же я утвердился в мнении, что они хотели для меня лишь смерти и гибели, и заслужили они наказание и возмездие от меня по справедливости, чтобы я сделал их назиданием для поучающихся. Но каков будет правильный план, чтобы их погубить?" И визирь, сын Шимаса, ответил: "О царь, великий саном, я говорил тебе раньше, что вина падает не на одних только женщин, - ее разделяют с ними и мужчины, которые их слушаются. Но женщины при всех обстоятельствах заслуживают возмездия по двум причинам: во-первых, для исполнения твоего слова, ибо ты есть величайший царь, а во-вторых, потому, что они осмелились идти против тебя и обманули тебя и вмешались в то, что их не касается и о чем им не годится говорить. Они более всех достойны гибели, но довольно с них того, что их теперь поражает. Поставь же их от сей поры на место слуг, и тебе принадлежит власть в этом и во всем другом" И некоторые из визирей посоветовали царю то же самое, что говорил ибн Шимас, а один визирь выступил к царю, пал перед ним ниц и сказал: "Да продлит Аллах дни царя! Если необходимо сделать с ними дело, которое их погубит, сделай так, как я тебе скажу" - "А что ты мне скажешь?" - спросил царь. И визирь сказал: "Самое правильное вот что: прикажи одной из твоих любимиц, чтобы она взяла женщин, которые тебя обманули, и отвела их в комнату, где произошло убийство визирей и мудрецов, и заточила их там, и прикажи давать им немного пищи и питья - лишь в такой мере, чтобы поддерживать их тело, и совершенно не позволять им выходить из этого места. И пусть тех, кто помрут сами по себе, оставляют среди них, как есть, пока все женщины не умрут до последней. Вот ничтожнейшее воздаяние им, ибо они были причиной этой великой смуты, - нет, корнем всех бедствий и смут, которые были во все времена" И оправдались в них слова сказавшего: "Кто выроет своему брату колодец, сам в него упадет, хотя бы долго длилось его благополучие" И царь принял мнение этого визиря и сделал так, как он говорил. Он послал за четырьмя жестокосердыми наложницами и отдал им тех женщин, приказа в отвести их к месту убиения и заточить там, и назначил им немного плохой пищи и немного скверного питья. И было дело их таково, что они печалились великой печалью и клялись в том, что из-за них случилось, и горевали великой горестью, и наделил их Аллах, в воздаяние, позором в здешней жизни и уготовил им пытки в последней жизни, и они оставались в том темном месте с зловонным запахом. И каждый день несколько из них умирало, пока они не погибли до последней".
Другие повелители были не менее жестоки и отправляли неугодных на тот свет «более или менее искусными путями". В комментариях к роману «Цветы сливы В золотой вазе, или Цзинь, Пин, Мэй" говорится: " ... Из любимой наложницы государя сделали "человека-свинью"; ей отрубили руки и ноги, выкололи глаза, проткнули уши, дали выпить снадобья, вызывающего немоту, и поместили жить в отхожее место".
" ... Государь древней династии Инь был влюблен в красавицу Да-цзи и потакал всем ее прихотям. Тогда У-ван поднял войска и разгромил армию Чжоу Синя. Чжоу Синь покончил С собой, а Да-цзи была казнена. Ее голову привязали к белому знамени в знак того, что именно она погубила царство Чжоу Синя и династию Инь".
Расправы и казни учинялись не только хозяевами гаремов, но и членами их семей. «Мы при ней очень несчастны, - жаловал ась рабыня египетской принцессы. - Она чрезвычайно причудлива и жестока. Когда был жив ее муж, то ему случилось
аз сказать одной невольнице, принесшей для него воды: "Довольно, ягненок" Слова эти были переданы принцессе; она пришла в ярость и отдала приказание убить несчастную девушку, а голову отрезать, начинить рисом, изжарить и положить на блюдо. Когда муж пришел обедать, принцесса велела подать блюдо, сказав при этом: "Покушай твоего ягненочка" Дефтердар выскочил из-за стола, бросил салфетку и более не возвращался к жене, которая после того потеряла окончательно его расположение. Он не разошелся с нею формально только потому, что не хотел лишить себя ее богатства и желал считаться зятем Мегемета-Али».


Последний раз редактировалось: Семирамида (Вс Янв 15, 2012 12 18), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 18    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Яды и отравления

Яды были излюбленным способом избавления от соперниц и провинившихся одалисок Ядами пользовались и евнухи для устранения нежелательного наследника престола, как и многих других, на кого пала немилость повелителя. Это опасное искусство развилось до такой степени, что и сами султаны вынуждены были с ним считаться. Умение составлять яды и противоядия ценилось очень высоко. Мастерам этого тайного искусства позволялось многое. В их лабораториях процветала алхимия.
Предания сохранили упоминания об эликсирах и других загадочных веществах, с помощью которых обычные металлы превращались в золото. для защиты от коварных отравителей во дворце существовал кущи-баши. Это отважный чиновник отвечал за подаваемую султану пищу, которая должна была быть изысканной, полезной и, главное, безопасной. «Кущи-баши должен, во-первых, находиться в кухне во время приготовления обеда его величеству, - писал Осман-бей. - Когда все блюда готовы и уложены на носилки, он покрывает их красным сукном, которое припечатывает сургучом. Исполнив эту формальность, он представляет блюда султану, причем всегда первый отведывает их. Эта последняя формальность совершенно понятна, потому что без нее султан мог бы вдруг почувствовать себя дурно, поев какого-нибудь блюда; но раз уж кущи-баши подает пример, серьезных опасений быть не может и аппетит является сам собою». Некоторые опасались отравления до такой степени, что запрещали в гаремах, как писал Джордж Дорис, «миндальные и жасминовые печенья, пудру, разноцветные карандаши, бархатные мушки и парики». Впрочем, боялись отравлений не только турецкие султаны. История дает нам множество доказательств того, что такой способ устранения соперников был распространен повсеместно. Не пренебрегал услугами отравителей и Иван Грозный, избавляясь от своих многочисленных жен и прочего неугодного люда. Обитательницы гарема тоже использовали различные зелья, как в борьбе с соперницами, так и для того, чтобы по собственной воле расстаться с опостылевшей жизнью. Некоторые пили яд мгновенного действия, другие глотали большие дозы опиума, после которого редко кого удавалось спасти. Сказки "Тысячи и одной ночи" содержат в себе и другие примеры использования подобных снадобий:
" ...И он не переставал приходить к могиле в течение месяца. И случилось так, что халиф вошел в гарем, когда эмиры и визири разошлись по домам, и проспал немного, и у него в головах сидела невольница и обмахивала его опахалом, а другая невольница, у его ног, растирала их. И халиф спал, и проснулся, и открыл глаза, и зажмурил их, и услышал, как та невольница, что сидела в головах, сказала невольнице, бывшей у ног: "Послушай-ка, Хайзуран!" И та ответила: "Да, Кадыб-аль-Бан!" И первая сказала: "Наш господин не ведает, что случилось, он не спит, проводя ночи У гроба, где ничего нет, кроме обструганной деревяшки, которую сделал плотник" "А Кут-аль-Кулуб, что же с ней случилось?" - спросила другая. И первая девушка сказала ей: "Знай, что Ситт Зубейда послала с невольницей кусок банджа (сильное снотворное с наркотическим эффектом, изготавливаемое из конопли, подобие гашиша. - Ш К) и одурманила Кут-аль-Кууб. Когда бандж овладел ею, Ситг Зубейда положила ее в сундук и велела Сауабу и Кафуру вынести его из дворца и поместить в гробницу" И вторая невольница спросила: "Послушай, Кадыб-аль-Бан, разве госпожа Кут-аль-Кулуб не умерла?" "Нет, клянусь Аллахом, да сохранит он ее юность от смерти! - отвечала невольница. - Я слышала, как Ситг Зубейда говорила, что Кут-аль-Кулуб у одного юноши, купца, по имени Ганим-ибн-Айюб Дамасский, и что с сегодняшним днем у него четыре месяца. А наш господин плачет и не спит ночей над гробом, в котором ничего нет" И они еще долго говорили об этом, и халиф слушал их, а когда невольницы окончили разговор, халиф узнал все: и то, что могила подцельная, ненастоящая, и то, что Кут-аль-Кулуб уже четыре месяца у Ганимаибн- Айюба. И халиф разгневался великим гневом ..."


Последний раз редактировалось: Семирамида (Вс Янв 15, 2012 12 31), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 19    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

РАЗВЛЕЧЕНИЯ

Если главной обязанностью гаремных див было развлекать своего господина, то главной потребностью оставалось развлечение самих себя. Это непростое искусство совершенствовал ось веками и достигало порой блистательных высот. Если султаншами становились иностранки, в гаремы проникал и новые веяния, вкусы, моды. Когда сами султаны увлекались достижениями европейской культуры, это тоже находило отражение в жизни сераля. Каждая новая одалиска привносила в культуру гаремных развлечений что-то свое, унаследованное от традиций ее родины. Но приживалось лишь то, что было проверено временем, которое текло в гареме иначе, чем за его стенами.
Недостаток свободы и любви женщины замещали иллюзией счастья, снабженной весьма реальными атрибутами, роскошью, всевозможными яствами, изысканными развлечениями и показными душевными откровениями.
Со временем они привыкали к этой иллюзии жизни, и она становилась более реальной, чем все остальное. Как писал Александр Пушкин в «Бахчисарайском фонтане»:
Для них унылой чередой
Дни, месяцы, лета проходят
И неприметно за собой
И младость и любовь уводят.
Однообразен каждый день,
И медленно часов теченье.
В гареме жизнью правит лень;
Мелькает редко наслажденье.

Гаремные забавы

Шехерезадами в гаремах состояли кальфы-рассказчицы. Это были весьма образованные дамы, умевшие читать на персидском и арабском языках, знавшие произведения поэтов и ученых. Рассказчицы увлекали слушательниц гирляндами удивительных преданий, иногда меняя сюжет или придумывая свою историю. Популярными анрами были легендарные сказания вроде «Кер-оглы» и месневи - романы в стихах.
Сказки из «Тысячи И одной ночи» И «Книги попугая», безумная любовь Лейлы и Меджнуна уже не казались одалискам вымыслами, потому что они и сами могли поведать не менее трогательные были из собственной жизни.
Чувственный гаремный эпос дополнялся музыкой, песнями, танцами, бесконечными сплетнями, прогулками в чудесных садах, плаванием в бассейнах, всевозможными играми и прочими увлекательными занятиями вроде прогулок за город или приема гостей. Все это вместе являлось незаменимым лекарством от скуки, которой, казалось, была пропитана вся атмосфера гарема. Хотя со стороны могло показаться, что красавицы гарема живут довольно весело и ни в чем себе не отказывают. «Пение, музицирование, катание на лодке, а для некоторых занятие фотографией и даже, говорят, велосипедные прогулки фигурируют в числе других их развлечений, - писал Джордж Дорис о гареме конца XIX века. - В основном же они проводят время в совершенно детских забавах: играют в куклы, изображают крики животных, пение петуха, жужжание мухи, лай собаки... Напудрив мукой лица негритянок, они заставляют их кривляться или драться друг с другом - короче, делают все, чтобы спастись от скуки. Лежа на диванах или софах, покрытых шелком, сидя на бухарских коврах в непринужденных позах, подчеркивающих стройность их тел и выдающих всю печальность их пустого существования, одни смотрят за голубыми струйками дыма от их сигарет или наргиле и перебирают рукой в браслетах янтарные или сандаловые бусинки своих тесбих (четки). Другие потягивают сироп и розовый шербет, едят мороженое, грызут фисташки, жуют мастику (род ароматной резинки), сосут леденцы. Все они любят конфеты, табак, цветы, благовония - особенно мускус и фиалку, запах которой особенно нравится султану, и к которой они питают явное расположение; они обожают кошек, попугаев, голубей; кофе, карты и фривольности; от двух вещей они просто без ума, потому что они им запрещены и потому что они женщины, - это вино и раки (восточная виноградная водка), которые им иногда доставляет услужливый евнух. Время, которое им не удается ''убить'', они проводят В бесконечных печальных думах - о далекой родине, покинутом очаге, пропавших родителях, о неизвестном будущем, о сказочном возлюбленном, о старом господине, угрюмом и безобразном ... "
Будни гаремных див поэтично описал Александр Сергеевич Пушкин:
Младые жены, как-нибудь
Желая сердце обмануть,
Меняют пышные уборы,
Заводят игры, разговоры,
Или при шуме вод живых,
Над их прозрачными струями
В прохладе яворов густых
Гуляют легкими роями ...
Беспечно ожидая хана,
Вокруг игривого фонтана
На шелковых коврах оне
Толпою резвою сидели
И с детской радостью глядели,
Как рыба в ясной глубине
На мраморном ходила дне.
Нарочно к ней на дно иные
Роняли серьги золотые.
Кругом невольницы меж тем
Шербет носили ароматный ...

В Китае среди наложниц устраивались соревнования - нечто вроде фестивалей искусств. В романе"Сон в Нефритовом павильоне" читаем: "Мне известно, - заговорил князь Шэнь, обращаясь к Яну, - что принцесса привезла трех моих наложниц: две из них бывшие гетеры из Чанъани, третья - дочь простолюдина. Все они несравненно поют и танцуют, сочиняют стихи, ездят верхом и стреляют из лука. Думаю, они не уступят вашим наложницам, князь! Не хотите устроить меж ними состязание?" Некоторые правители сами не прочь были позабавить свои гаремы. Порой развлечения эти были весьма жестокими. Шехерезада рассказывала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что повелитель правоверных приказал Масруру-меченосцу снять с Абу-Новаса одежду и привязать ему на спину седло и надеть ему на голову повод и на зад подхвостник и водить его по комнатам невольниц и помещениям женщин и другим покоям, чтобы над ним смеялись, а после этого отрубить ему голову и принести ее. И Масрур сказал: "Слушаю и повинуюсь!".

Музыка

Одним из любимейших развлечений в гаремах была музыка. Музыкантшами, как правило, были рабыни. Типичный живописный сюжет - лежащая на диване томная красавица, слух которой услаждает не менее симпатичная рабыня-музыкантша. "И с ним была каирская девушка, - рассказывает "Тысяча и одна ночь", - подобная свежему курдюку, или чистому серебру, или динару в фарфоровой миске, или газели в пустыне, и лицо ее смущало сияющее солнце: с чарующими глазами, бровями, как изогнутый лук, розовыми щеками, жемчужными зубами, сахарными устами и томными очами; с грудью цвета слоновой кости, втянутым животом со свитыми складками, ягодицами, как набитые подушки, и бедрами, как сирийские таблицы ... И девушка склонил ась над ней, как мать склоняется над ребенком, и пощекотала ее пальцами, и лютня застонала, и зазвенела, и затосковала по прежним местам, и вспомнила она воды, что напоили ее, и землю, на которой она выросла. И вспомнила она плотников, которые ее вырубили, и лакировщиков, что покрыли ее лаком, и купцов, которые ее доставили, и корабли, что везли ее, и возвысила голос, и закричала, и стала рыдать, и запричитала, и казалось, что девушка спросила ее об этом, и она ответила языком нежных звуков». Музыкальные инструменты упоминаются в сказках Шехерезады очень часто: « ...А потом она сказала невольнице: "Марджана, подай нам какие-нибудь музыкальные инструменты" И невольница отвечала: "Слушаю и повинуюсь!" - и, скрывшись на мгновение, принесла дамасскую лютню, персидскую арфу, татарскую флейту и египетский канун. И девушка взяла лютню, настроила ее и натянула струны, запела под нее нежным голосом, мягче ветерка и слаще вод Таснима».
Наложницы тоже уделяли музыкальным занятиям и танцам немало времени. Основными инструментами в гареме были струнные уд (вид лютни) и рехаб, тростниковая флейта, бубен с колокольчиками и глиняный барабан дарабукка, похожий на кувшин с широким горлом, покрытым кожей. Когда музыкантшам удавалось угодить слушателям, те бросали в их бубны деньги, и они наполнялись золотом. Султан Абдул-Азиз даже завел себе целый оркестр из молодых невольниц. При дворе был и настоящий большой оркестр. Музыку для него писал и им же дирижировал брат известного итальянского композитора Гаэтано Доницетти. Придворный дирижер также перекладывал для своего оркестра популярные европейские произведения. «Оркестр султана, которым дирижировал брат Доницетти, - писал Жерар де Нерваль, - исполнял очень красивые марши; все инструменты играли одновременно, как это принято в восточной музыке». Когда один гарем прибывал в другой город в гости к другому гарему, местное начальство могло прислать военный оркестр, чтобы тот развлекал гостей игрой под окнами сераля. Повсюду в серале стояли «музыкальные часы, исполнявшие арии из итальянских опер. Они бьmи украшены механическими птицами: соловьями, издающими трели, и павлинами, распускающими хвост веером».
У чернокожих рабов были свои развлечения. В Стамбуле существовало особое их сообщество. Отпущенные невольники помогали своим собратьям и устраивали праздники, на которые стекал ось множество негров. Они исполняли свои обряды, сопровождавшиеся традиционной африканской музыкой и плясками. Некоторые из их инструментов стали весьма популярными в Турции.

Танцы

Гарем, как и Восток в целом, немыслим без танца. Не умевшая хорошо танцевать одалиска почти не имела шансов понравиться своему господину. Да и где, как не в грациозном танце, девушка могла показать себя во всей красе? «Одна часть гостей начала петь под аккомпанемент кудума (инструмента, похожего на два маленьких тамбурина, поставленных рядом на пол и ударяемых двумя палочками) и тара или большого тамбурина, - вспоминала Мелек-ханум. - Две гостьи принялись танцевать: они стали одна против другой на некоторое расстояние и сходились и расходились, двигаясь взад и вперед под такт музыки. Танец этот не допускает поднимания всей ноги, а только едва заметное движение нижней ее части. Стан перегибается из стороны в сторону, голова наклоняется то вправо, то влево, руками делаются грациозные жесты, и все позы и движения их во все время продолжения танца исполнены страстности и упоения. Под конец танцы сделали общими, в них приняли участие и старые и молодые: жены кади (судей), накиба (главного законоведа), имама (священника) и многих других важных личностей как военного, так и гражданского ведомств».


Последний раз редактировалось: Семирамида (Вс Янв 15, 2012 13 03), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Семирамида
Site Admin


Зарегистрирован: 16.11.2006
Сообщения: 1369
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Янв 13, 2012 16 21    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Танец живота

Вряд ли найдется другой танец, который производил бы на зрителей более сильное впечатление, чем этот. Увидеть этот танец можно и сейчас. На Востоке его исполняют на сцене, в барах и ресторанах, на палубах прогулочных кораблей и всюду, где бывают туристы. Танец живота - чувственный, и при этом удивительно грациозный - покорил весь мир. Повсюду находятся желающие постигнуть его чарующие тайны и насладиться его пленительным великолепием. Даже женщин завораживают великолепные извивающиеся фигуры, трепещущие бедра танцовщиц, одетых в вызывающие наряды. А мужчины мгновенно преображаются в султанов, щедро одаривая танцовщиц деньгами, против чего не ропщут и жены. О восточных танцовщицах слагались легенды. Жертвой их очарования пал даже Иоанн Креститель. Предтеча обличал царя Ирода, который женился на жене своего брата Иродиаде. Тогда царь заключил обличителя в темницу, но казнить не решался из-за его популярности у народа. Мстительная Иродиада искала случая погубить Иоанна, и дочь ее Саломея вызвалась помочь матери. На пиру в честь дня рождения Ирода Саломея плясала так красиво, что ослепила своим великолепием и царя, и его вельмож Восхищенный Ирод пообещал исполнить любое желание Саломеи, даже если бы она попросила половину царства. Великолепная танцовщица попросила у царя голову Иоанна Крестителя - так научила ее мать. Ирод не отступил от своего обещания, и вскоре голову Иоанна принесли на блюде Саломее, которая и передала ее матери.
День усеюювения главы Иоанна Крестителя отмечается христианами 29 августа (по старому стилю). у мусульман Иоанн почитается как пророк Йахья, и голова его покоится, как святыня, в мечети Омейядов в Дамаске. у танца живота много вариантов: танец с тростью, с миниатюрными цимбалами, бубном, шарфом и др. Одним из редких вариантов считается "Танец семи покрывал", которые исполнительница сбрасывает с себя по мере приближения к кульминации. Вероятно, этот танец связан с описанным выше ритуалом открывания невесты в семи платьях. "И Ибрахим увидел движения, каких не видал всю свою жизнь, - говорится в "Тысяче И одной ночи", - И Джамила показала в своей пляске диковинный способ и удивительные новшества, так что заставила нас забыть о пляске пузырьков в чаше и напомнила о том, что тюрбаны на головах покосились. И она была такова, как сказал о ней поэт: Как хочешь, сотворена она, соразмерная, По форме красы самой - не меньше и не длинней. И, кажется, создана она из жемчужины, И каждый из ее членов равен луне красой. Или как сказал другой:
"Плясунья! Подобен иве гнущейся стан ее, Движенья ее мой дух едва не уносят прочь. Не сможет стоять нога, лишь только плясать начнет Она, словно под ногой ее - пыл души моей".
Откуда пришли эти танцы - все еще остается тайной. Это завораживающее яркое зрелище отражает многообразие культур, а вкупе с искусством индийских и африканских танцовщиц наталкивает на вполне определенные выводы. Во всяком случае, в танцах явственны отголоски древних ритуалов, символизирующих природную суть женщины, а страстный язык тела и жестов не требует перевода. Однако вряд ли сегодня можно увидеть тот самый, настоящий танец живота, которым наслаждались султаны в своих великолепных гаремах.
«Танец во всех его видах, paспространенных на Востоке, в большом почете в гареме и служит здесь главным развлечением, - писал Джордж Дорис. - Турецкие хороводы под цимбалы, тамбурины, уд (небольшой струнный инструмент) или под негромкое хоровое пение; черкесские, египетские, арабские танцы, из котopыx султан предпочитает наименее бесстыдные. (Тем не менее в прежние времена он очень ценил талант старой негритянки, низкорослой, толстой, губастой и безобразной, которой не было равных в исполнении танца живота).
Пляски полуобнаженных женщин не укладывались в мусульманскую мораль, однако привычка к подобным развлечениям была неистребима и вызывала к жизни удивительные зрелища.
"Вот в облаках табачного дыма появились альмеи, - описывал Жерар де Нерваль свои каирские впечатления. - Они поразили меня блестящими тюбетейками на заплетенных в косы волосах. Они притоптывали каблучками, отбивая ритм; на поднятых вверх руках позвякивали колокольчики и браслеты, они сладострастно покачивали бедрами, а под прозрачным муслином между кофточкой и роскошным, спадающим на
бедра, как у Венеры, поясом виднелась полоска обнаженного тела. Эти обворожительные особы так быстро кружились, что было почти невозможно разглядеть их лица. Они ударяли в маленькие цимбалы, размером не более кастаньет, звуки которых почти заглушала примитивная мелодия, выводимая флейтой и тамбурином. Две гордые альмеи, с восточными глазами, подведенными кохлем, со свежими, слегка нарумяненными щеками, были очень красивы, но зато третья - третья явно принадлежала к иному, не столь нежному полу, о чем свидетельствовала недельная щетина на "ее" лице. После того как закончился танец, я сумел лучше разглядеть лица и двух первых и убедился в том, что перед нами были альмеи ... мужского пола. Вот вам сюрпризы Востока! А я-то чуть было не проникся поспешной страстью к этим "прелестным созданиям" и уже готов был прилепить им на лоб по нескольку золотых монеток согласно одной из самых невинных восточных традиций... Меня могут счесть расточительным, но спешу объяснить: существуют золотые монеты - гази - достоинством от пятидесяти сантимов до пяти франков. Разумеется, зрители выбирают самые мелкие монеты, чтобы покрыть лица танцовщиц своеобразной золотой маской, когда, проделав изящные па, они склоняют перед каждым свой влажный лоб; но эти простые танцовщики, переодетые женщинами, не заслуживали подобной церемонии, им можно было просто бросить несколько пара.
В самом деле, египетская мораль весьма своеобразна. Еще недавно танцовщицы могли свободно ходить по городу, вносили оживление в праздники и доставляли удовольствие посетителям казино и кофеен. Сегодня они имеют право выступать лишь на торжествах в частных домах, и поборники морали считают более пристойным, чтобы эти танцы исполняли женоподобные длинноволосые мужчины, чьи обнаженные руки, тело и грудь являют собой плачевную пародию на прелести полуобнаженных танцовщиц».


Последний раз редактировалось: Семирамида (Вс Янв 15, 2012 13 36), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Театр - студия "Семирамида" -> Интеллектуальная энциклопедия Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Страница 2 из 4

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах

 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация   ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход